«Бог крепкий»: называет ли Исаия 9:6 Мессию Богом?

«Ибо младенец родился нам — Сын дан нам; владычество на раменах Его, и нарекут имя Ему: Чудный, Советник, Бог крепкий, Отец вечности, Князь мира» (Ис. 9:6).

Вопрос нельзя обойти: в Синодальном переводе Младенцу действительно нарекают имя «Бог крепкий». Поэтому ответ «Исаия ничего подобного не говорит» был бы нечестным. Спор начинается дальше: что означает это имя — прямое утверждение о природе Царя или весть о Боге, Который спасает через Него?

Унитарное объяснение состоит в следующем: Бог даёт Своему народу Царя, а царское имя возвещает, что Сам Бог совершит через Него. Это прочтение опирается не на попытку ослабить слово «Бог», а на три связанные особенности текста: имена-знамения у Исаии, Давидов престол и обещание, которое исполнит Господь Саваоф.

Зачем народу обещан этот Царь

Начало главы говорит о людях, живущих во тьме, о тяжёлом ярме, жезле притеснителя и войне (Ис. 9:2–5). Затем звучит весть о рождённом Младенце. Связь ясна: Его царствование принесёт избавление и мир.

Следующий стих называет престол — Давидов — и характер правления: суд, правда и непреходящий мир (Ис. 9:7). Это обещание царской власти, которой можно доверять. Имена Младенца нужно читать внутри этого обещания, а не как вынутую из него формулу.

Такое мессианское прочтение не умаляет пророчество. Оно спрашивает, каким будет Божий Царь, Кто утвердит Его власть и что она принесёт людям.

Имя может быть целой вестью

У Исаии имя ребёнка нередко сообщает о том, что совершает Бог. Шеар-ясув означает «остаток возвратится» (Ис. 7:3). Имя Магер-шелал-хаш-баз связано с близким разграблением вражеских земель (Ис. 8:3–4). Еммануил означает «с нами Бог» (Ис. 7:14; Мф. 1:23). Сам Исаия называет себя и детей указаниями и предзнаменованиями для Израиля (Ис. 8:18).

Ребёнок, названный «с нами Бог», своим именем возвещает Божье присутствие. Но значение имени само по себе ещё не является утверждением, что носитель имени и есть Бог. В обычных библейских именах действует тот же принцип: Даниил — «Бог — мой судья». Это высказывание о Боге, а не объявление Даниила Богом.

Здесь, однако, есть важное различие. «Бог — мой судья» уже звучит как предложение, а «Бог крепкий» в привычном переводе — как прямой титул. Поэтому пример Даниила не решает спор за нас. Он показывает возможность имени, говорящего о Боге; теперь нужно объяснить, почему такую возможность можно рассматривать и у Исаии.

Смотреть в видео с 1:08 Пророческие имена у Исаии (YouTube, откроется в новой вкладке)

«Бог крепкий» — сильное выражение, не слабое

Еврейское сочетание эль гиббор действительно имеет значение «Бог крепкий», «Бог могучий». В следующей главе сказано, что остаток Иакова обратится «к Богу сильному» (Ис. 10:21), и там то же сочетание относится к Самому Господу.

Поэтому я не предлагаю облегчённый ответ: будто здесь всего лишь «сильный человек», а слово «Бог» можно без труда убрать. Наличие других значений у отдельного слова эль не позволяет автоматически перенести их в это сочетание. Ис. 10:21 — серьёзное свидетельство, которое нужно учитывать.

Но отсюда возникают два возможных прочтения. В первом «Бог крепкий» непосредственно характеризует Самого Младенца. Во втором Его торжественное имя говорит о крепком Боге, Который действует ради Своего народа. Второе прочтение я и считаю согласующимся с пророческими именами у Исаии.

Такой подход имеет и конкретное переводческое выражение. Переводчики унитарного Revised English Version (REV) понимают длинное имя как высказывание: могучий Бог — необыкновенный Советник, вечный Отец — Правитель мира. Это их переводческое решение, а не буквальный перевод Синодального текста и не общепринятый вывод всех специалистов.

Это прочтение сохраняет силу выражения «Бог крепкий»: речь действительно о Боге Израиля. Царь носит имя, возвещающее Его силу, как имена соседних глав возвещают Божьи дела. Трудность здесь не скрыта: слова длинного имени нужно связать как высказывание о Боге. Но такое решение мотивировано самой книгой — её языком имён-знамений и обещанием, что царство утвердит Господь.

Смотреть в видео с 2:39 Что означает «Бог крепкий» (YouTube, откроется в новой вкладке)

Почему «Отец вечности» не означает «Сын — это Отец»

Иногда унитарный ответ строят так: «Если все имена относятся к Мессии, значит, Сын назван Отцом; следовательно, тринитарное прочтение невозможно». Я не считаю этот довод достаточным. Тринитарии различают лицо Бога Отца и отеческий образ правления. Они не обязаны понимать здесь слово «отец» как имя первого лица Троицы.

Такое различение имеет библейское основание. В той же книге Исаии о получающем власть Елиакиме сказано: «и будет он отцом для жителей Иерусалима и для дома Иудина» (Ис. 22:21). Отец — образ заботы и ответственности правителя, а не утверждение о его тождестве Богу.

Это не решает автоматически смысла «Отца вечности», но показывает, почему простой упрёк «вы смешали Отца и Сына» не достигает цели. Нужно исследовать всё имя и его роль в пророчестве. При моём прочтении оно возвещает вечного Бога и Его мир; при прочтении титулов Царя требуется объяснить, как каждый титул характеризует Его царствование.

Кто утвердит царство?

Стих 7 заканчивается словами: «Ревность Господа Саваофа соделает это». Обещание исполнится потому, что Господь верен Своему намерению. Пророк говорит о царстве на престоле Давида и о Боге, Который его утвердит.

С этим созвучно обещание Марии: «даст Ему Господь Бог престол Давида, отца Его» и «Царству Его не будет конца» (Лк. 1:32–33). Бог даёт; Сын получает царство. Я читаю величие Мессии внутри этих отношений.

Тринитарий объяснит данную Сыну власть Его человеческим и мессианским служением. Но разделение двух природ в этом пророчестве не изложено. Унитарное прочтение следует тем отношениям, которые названы прямо: Бог обещает Царя, Царь получает Давидов престол, а Господь обеспечивает исполнение обещанного. Вместе с языком пророческих имён это составляет положительное основание нашего объяснения.

Как Новый Завет обращается к этому обещанию

Матфей относит к служению Иисуса начало пророчества — свет для Галилеи (Мф. 4:15–16; Ис. 9:1–2). Лука передаёт обещание Давидова престола и непреходящего царства. Так пророчество входит в христианское свидетельство об Иисусе.

Прямой цитаты «Бог крепкий» как доказательства Божества Иисуса в Новом Завете нет. Но отсутствие такой цитаты не доказывает, что всякое иное толкование исключено: новозаветные авторы не комментируют отдельно каждое имя Исаии. Положительное основание моего чтения — смысл самого пророчества и то, как оно связывает царскую власть с действием Бога.

Смотреть в видео с 5:01 Использует ли Новый Завет этот аргумент? (YouTube, откроется в новой вкладке)

Величие обещанного Царя

Я читаю Ис. 9:6–7 как обещание Мессии, через Которого Бог сокрушит угнетение и утвердит праведный мир. Его царское имя возвещает, насколько велик Бог, давший народу такого Царя.

Я считаю это объяснение убедительнее отождествления Мессии с Богом: оно сохраняет сильное значение «Бога крепкого», учитывает функцию имён в книге и различает Царя и Господа, утверждающего Его престол. Так прочитывается всё обещание, а не только один титул.

Величие Мессии от этого не уменьшается. Бог даст людям Царя, Чья власть будет служить правде и Чей мир не оборвётся. Основание надежды названо самим пророком: «Ревность Господа Саваофа соделает это».