«Альфа и Омега»: кто говорит в Откровении?
Мой ответ: В Откр. 1:8 и 21:6 Альфой и Омегой назван Бог. Отнесение Откр. 22:13 к Иисусу имеет серьёзные основания; я рассматриваю его в свете полученной от Отца власти Христа.
Разбираемые места: Откр. 1:8 Откр. 1:17–18 Откр. 21:5–7 Откр. 22:6–16
В Откровении звучат три величественные формулы: «Альфа и Омега», «начало и конец», «Первый и Последний». Если Бог говорит о Себе такими словами и похожие слова произносит Иисус, не означает ли это, что Они — один и тот же Бог?
Ответ требует прочитать каждую сцену. Нельзя заранее решить, что все реплики принадлежат Иисусу; но нельзя и объявить любую неудобную реплику словами Отца. Откровение различает Бога, Агнца, ангела и Иоанна, иногда быстро переходя от одного голоса к другому.
В Откр. 1:8 говорит Господь Бог
«Я есмь Альфа и Омега, начало и конец, говорит Господь, Который есть и был и грядет, Вседержитель.» (Откр. 1:8).
Альфа и омега — первая и последняя буквы греческого алфавита. Образ выражает полноту: Божья власть охватывает историю от начала до завершения.
Кто здесь говорит, помогает увидеть приветствие в Откр. 1:4–5. Оно различает Того, Кто есть, был и грядёт, семь духов перед Его престолом и Иисуса Христа, верного свидетеля и первенца из мёртвых. Формула из стиха 8 повторяет описание первого из этих адресатов, а не имя Иисуса.
В греческом тексте SBLGNT говорящий назван κύριος ὁ θεός — Господь Бог. Поэтому я отношу Откр. 1:8 к Богу Отцу. То, что соседний стих говорит о пришествии Иисуса (Откр. 1:7), не отменяет отдельного обозначения говорящего в стихе 8.
В Откр. 21:6 — Сидящий на престоле
В Откр. 21:5 речь вводится словами о Сидящем на престоле. Он обещает обновить всё и затем называет Себя Альфой и Омегой. Следующая строка объясняет отношения с победителем:
«Побеждающий наследует все, и буду ему Богом, и он будет Мне сыном.» (Откр. 21:7).
В книге Сидящий на престоле и Агнец различены, особенно ясно в Откр. 5: Агнец подходит и берёт книгу у Сидящего. Поэтому и в Откр. 21:5–7 я читаю обещание Бога, а не скрытое переименование Агнца.
Это не означает, что у Иисуса нет престола: Он говорит о Своём престоле и о престоле Отца (Откр. 3:21). Точность важна и тогда, когда мы защищаем собственную позицию.
«Первый и Последний» действительно сказано об Иисусе
«И когда я увидел Его, то пал к ногам Его, как мертвый. И Он положил на меня десницу Свою и сказал мне: не бойся; Я есмь Первый и Последний, и живый; и был мертв, и се, жив во веки веков, аминь; и имею ключи ада и смерти.» (Откр. 1:17–18).
Здесь сомнений в личности говорящего нет: Он был мёртв и теперь жив. В Откр. 2:8 это повторено в обращении к Смирнской церкви. Было бы неверно отдавать эти слова Отцу, чтобы избежать высокой характеристики Христа.
Формула напоминает Божьи слова в Ис. 44:6. Поэтому сходство нельзя свести к случайной одинаковой фразе. Откровение сознательно возвышает Христа, через Которого осуществляется Божья победа.
При этом сам контекст уточняет Его первенство: Иисус — первенец из мёртвых (Откр. 1:5), живой Победитель смерти, имеющий ключи ада и смерти. Я понимаю это как полноту Его установленной Богом власти над смертью и будущим спасаемых. Это контекстуальное толкование титула, а не буквальная замена слов «Первый и Последний» выражением «первый воскресший».
Трудный случай: Откр. 22:12–13
«Се, гряду скоро, и возмездие Мое со Мною, чтобы воздать каждому по делам его. Я есмь Альфа и Омега, начало и конец, Первый и Последний.» (Откр. 22:12–13).
В этой части книги несколько голосов. В Откр. 22:6 ангел говорит о пославшем его Боге; в стихе 7 звучит обещание скорого пришествия; в стихе 8 Иоанн называет себя; в стихах 9–10 говорит ангел. Реплики не всегда сопровождаются новым именем говорящего.
Есть два основных объяснения стихов 12–13. По одному, здесь говорит Бог: Он Альфа и Омега, и язык воздаяния напоминает Ис. 40:10 и 62:11. По другому, говорит Иисус: обещание «гряду скоро» согласуется с Откр. 22:20, а в стихе 16 звучит прямое «Я Иисус».
Связь с Иисусом здесь сильна, и я не считаю честным объявлять её невозможной. Смена голосов показывает, что стих 16 не действует как автоматическая подпись под всеми предшествующими репликами. Но и возможность смены не доказывает, что голос действительно сменился именно там, где это удобно нашему толкованию.
Поэтому унитарный ответ должен выдерживать более трудное чтение: допустим, в Откр. 22:13 Иисус действительно назван Альфой и Омегой. Что из этого следует?
Общий титул и полученная власть
Откровение начинается с указания, что Бог дал Иисусу Христу откровение для Своих рабов (Откр. 1:1). Христос говорит о власти, полученной от Отца (Откр. 2:27), и четырежды называет Отца Своим Богом в Откр. 3:12. Эта линия не исчезает к последней главе.
Иисус также обещает воздать каждому по делам (Откр. 2:23). Поэтому упоминание воздаяния в Откр. 22:12 само по себе не определяет говорящего: суд может осуществлять уполномоченный Богом Мессия.
Если титул Альфы и Омеги в последней сцене относится к Иисусу, я понимаю его в этой общей картине: через Сына Бог доводит Свой замысел до завершения. Христу принадлежит окончательная власть над теми, кого Он ведёт к жизни. Он представляет Божье правление, оставаясь Тем, у Кого есть Бог.
Тринитарное прочтение видит в общем титуле включение Сына в Божью идентичность. Это существенный довод, особенно в сочетании с другими высокими характеристиками Агнца. Но само совпадение титула не устанавливает, получена ли выраженная им власть или принадлежит носителю независимо и вечно. На этот вопрос нужно отвечать с учётом всего повествования.
Для меня решающим является именно постоянное объяснение отношений: Бог даёт, Сын получает и исполняет; Агнец искупает людей Богу. Унитарное прочтение сохраняет это направление и не требует уменьшать славу Агнца. Различие двух Лиц само по себе не опровергает Троицу; здесь важна указанная книгой зависимость власти Христа от Бога.
Что можно утверждать уверенно
В Откр. 1:8 и 21:6 титул относится к Богу. В Откр. 1:17–18 Иисус несомненно назван Первым и Последним. В Откр. 22:13 существуют конкурирующие объяснения говорящего, и отнесение к Иисусу имеет серьёзные основания.
Поэтому мой ответ не строится на отрицании любого общего титула. Он состоит в другом: величие воскресшего Христа книга связывает с Богом, Который послал и возвысил Его. Сын приводит Божье дело к победе. Это содержательное основание читать данные титулы в рамках библейского унитаризма, признавая трудность последней сцены, а не скрывая её.